Інтерв'ю гравців, тренерів - 21-03-2013, 08:03 - sasa 26

Андрей Пятов: \»В нас кидали камни, а рядом стояли милиционеры и плевали под ноги\»

Андрей Пятов: \»В нас кидали камни, а рядом стояли милиционеры и плевали под ноги\»

Бывший вратарь Ворсклы, а теперь Шахтера и сборной Украины о нелепых ошибках, гостеприимстве жены Чеха, объединенном чемпионате, бездействующих милиционерах и детской книге, которую он хочет написать.

— Есть ли сейчас в мире идеальный вратарь?
— Да идеальных не бывает, от человеческого фактора никуда не денешься, все ошибки допускают. Буффон же тоже ошибался, правильно? Идеальный вратарь был бы неинтересным. Ему бы никто не мог забить, и зачем тогда ходить на такие матчи?

— Его команда будет выигрывать.
— А смысл? Тогда футбол потеряет интерес.

— Самую нелепую вратарскую ошибку, которую я видел, допустил Иван Левенец, оставивший за своей спиной Аршавина. Какую ошибку сразу вспоминаете вы?
– Так Шэй Гивен такой же пропустил, только гораздо раньше. Вообще я чужие ошибки не выделяю и не обсуждаю. Вот свои могу вспомнить.

— Давайте.
– Самая ужасная – наверное, в финале Кубка УЕФА с «Вердером». У меня было два варианта: либо ловить, либо отбивать – в итоге не получилось ни то, ни другое.

— Стипе Плетикоса рассказывал, что как-то в перерыве матча устроил разнос Луческу, потому что его не устраивала игра «Шахтера» в обороне. Представляете себя в такой ситуации?
– Да иногда хочется, но я просто человек более мягкий, а такие поступки сильно зависят от характера. В принципе, ничего такого в этом нет – если у тебя есть претензии, правильно их предъявить, а не держать в себе. Нормальная практика, я слышал, что Чех тоже так делает. Просто я быстро отхожу – понимаю, что защитники не специально ошибаются.

— Вас не смущает, что Луческу обсуждает ваши ошибки на пресс-конференциях? Обычно же тренер старается не выносить это.
– Значит, он так это воспринимает, такой человек. Он тренер, я это не обсуждаю. Покойный Виктор Васильевич Носов, с которым я работал в «Ворскле», наоборот, всегда умел поддержать, подколоть, даже когда все совсем плохо было. Люди разные – и реакция разная.

— Какие мысли проносятся в голове, когда смотрите повторы своих ошибок?
– Размышляю, почему так сыграл, какие еще варианты были, можно ли вообще было предотвратить эту ситуацию. Ошибки дают возможность расти дальше. А когда проводишь хороший матч, вынести что-то для себя гораздо сложнее.

«Я не любитель смотреть футбол, но понадлюдать за действиями Буффона интересно всегда»

— Вы часто футбол смотрите?
– Нет, не любитель. Важные матчи смотрю.

— Вратарю вообще интересно смотреть футбол?
– А почему нет? Всегда же интересно понаблюдать за действиями Буффона. Мне его стиль, манера игры очень нравится – я смотрю, и опять же стараюсь что-то запомнить.

— Последнее, что впечатлило в игре Буффона?
– Да я уже все в нем знаю, одно время даже сам старался перестроиться под его манеру. У Буффона же нет такого, чтобы суперсейвы в каждом матче – он берет за счет движения, выбора позиции, спокойствия. Мне это ближе, но просто в каждой команде тренеры работают по-своему. В Полтаве у вратарей была скорее итальянская схема работы, в Донецке – по-другому.

— Что в действиях соперников может вывести вас из себя?
– Когда в штрафной начинают локтями размахивать. Женя Селезнев это любит. Был момент: мяч стукнулся о землю – и завис, я выпрыгнул его ловить, он тоже прыгает и локтем мне нос разбивает. Мы дружим – понятное дело, он сразу извинился, но с ним часто такие эпизоды случаются. Он и Ярославу Ракицкому голову разбивал. А еще не люблю, когда твой игрок бежит в контратаку, а его специально корпусом встречают. Не выводит из себя, но внутри неприятно.

— Сильно переживали, когда основным вратарем был Рыбка?
– Да нет, а чего переживать? Это вратарская жизнь – он воспользовался своим шансом, я воспользовался своим шансом. Работать нужно над собой, и все будет в порядке. От тренера тоже зависит – бывает, специально проводят ротацию, чтобы оба вратаря в тонусе были.

«Не люблю, когда твой игрок бежит в контратаку, а его специально корпусом встречают. Не выводит из себя, но внутри неприятно»

 

— Что чувствовали, когда Рыбку поймали на допинге?
– Переживал за Саню, мы же семьями дружим. Человек только начал строить свою жизнь, только у него все стабилизировалось, и тут такой удар. А так я с ним на эту тему даже никогда и не говорил, потому что вижу, что ему это неприятно.

— Вы общаетесь с Андреем Диканем?
– Конечно. Стараемся регулярно созваниваться, в отпуск хотели вместе поехать, но немного не состыковались. Читал тут, что со следующего сезона в России он будет легионером, но на эту тему с ним еще не разговаривали.

— Чей свитер вам больше всего хотелось заполучить, когда были болл-боем?
– Ильи Близнюка, который тогда в Кировограде играл, но с ним так и не сложилось – наверное, постеснялся подойти. А вообще первый свитер, который у меня появился, – Бориса Белошапки, он мне после тренировки свой подарил.

— Сколько сейчас свитеров в вашей коллекции?
– Думаю, штук 40-50. Многих еще не хватает – Касильяса, например, нет. Зато Буффон и Чех – вратари, которых я считаю очень сильными.

«Когда наступает переходный возраст, из 25 человек в футболе остаются двое-трое, а остальные идут работать на завод»

— Как ваша жена познакомилась с женой Петра Чеха?
– Да это неправильно на сайте УЕФА написали. Когда мы играли с «Челси», она должна была лететь в Лондон с женой Василия Кобина, у которой в последний момент что-то поменялось. Получилось, она летела одна. А семья Томаша Хюбшмана дружит с семьей Чеха, и они дали номер жены Петра. Сказали, что предупредили – возникнут проблемы, звони, не стесняйся, она будет только рада. Но потом выяснилось, что у моей жены в Лондоне в это время была подруга, так что с женой Чеха она познакомиться не успела. Но все равно было приятно, что люди так гостеприимно относятся.

— Почему вы решили взяться за написание детской книги?
– В клубе задумались над таким проектом, и я решил поддержать начинание. Общался с редактором, собирал материал, обсуждал детали, но пока взял паузу. Это должна быть книга обо мне самом – о том, как обычный мальчишка стал вратарем. Маленький ребенок не до конца понимает, зачем ему футбол – для него это простое увлечение. Нужно показать, что это может быть чем-то большим, а потом, когда наступит переходный возраст, поддержать. Ведь в этот момент из 25 человек дальше идут только двое или трое, а остальные отправляются работать на завод. Нужно, чтобы дети не боялись идти в спорт и видели, что нет ничего невозможного, но для этого нужно много работать.

— Человек, который за всю вашу карьеру поразил больше всего?
– Сергей Долганский, с которым мы пересеклись в «Ворскле». Своим трудолюбием, образованием, мудростью. Ему будет 39 лет, а он по-прежнему играет на хорошем уровне. Сколько его помню, всегда работал над собой – настоящий профессионал, очень сильный человек. Я, например, такой, что меня нужно заставлять: если есть возможность что-то не делать, сразу ей воспользуюсь. Долганский в этом плане очень помог – он был уже как играющий тренер, и мы вместе работали по его программе, послаблений никаких не было.

— Вам, наверное, тяжело будет стать тренером?
– Чего это?

— Из-за характера.
– Так это я как игрок. А тренером очень хочу поработать. У меня и диски есть – о работе тренеров итальянской школы. Мне интересно, я прошу знакомых, чтобы мне присылали. Думаю, в будущем поможет.

— Евро-2012 на Украине – это было круто?
– Конечно. Думаю, все получили от этого удовольствие – и украинцы, и россияне, да и люди из других стран. Атмосфера вот эта запомнилась: солнечно, тепло, радость на лицах наших людей. Видно, что не зря все было.

— Вы лично получили удовольствие?
– Да, хоть у нас и немного другие задачи были. Мы же серьезно готовились, чтобы людям это удовольствие продлить. Но ощущение праздника все равно было.

— Удивились, когда Блохин ушел из сборной?
– Удивлен был не столько его уходом – он, в принципе, давно хотел в «Динамо» – а тем, в какой момент это произошло. Сборная уже начала отборочный турнир, и вдруг остается без тренера. Но это выбор Блохина, я не вправе его критиковать.

— Самая неожиданная ситуация, в которой оказывалась сборная Украины?
– Последний раз везде писали, что у Максима Коваля украли перчатки. Мы играли товарищеский матч с Узбекистаном. Сидели на лавочке, он положил перчатки в стороне. А на стадионе «Динамо» ведь болельщики совсем рядом проходят, по беговым дорожкам, – ну мальчик какой-то протянул руку и взял их. Но потом вроде вернули.

— У вас вещи перед матчем пропадали?
– Да нет, в «Шахтере» организация такая, что этого не может случиться. Когда моложе был, случалось, что бутсы или еще что-то на базе забывал, но уже на стадионе ребята и администраторы выручали, проблем из-за этого не было. Еще история – когда первый раз попал в заявку на официальный матч сборной, остался в запасе, но потом Шовковский получил травму, и мне нужно было быстро входить в игру. На моей футболке была бирка, я чего-то засуетился – и не заметил ее. Так в итоге с биркой и играл, никто не подсказал, уже потом в раздевалке после матча заметил – в перерыв-то я на поле остался разминаться.

— Несколько лет назад ваш автобус после игры с «Металлистом» закидали камнями – что это за ощущения?
– Да меня тогда не столько это поразило, сколько действия правоохранительных органов. Мы только отъехали от стадиона, и в окна полетели камни. Здесь же стояла колонна милиционеров, и они даже с места не сдвинулись, чтобы разогнать этих людей – стояли под ноги плевали, хотя были в двадцати метрах. Было неприятно, конечно, да и опасно – окна поразбивали, повезло еще, что у нас в автобусе стекла в два слоя, никого не ранило осколками.

«Нужно было быстро менять Шовковского, засуетился и не заметил бирку на футболке – так и дебютировал в сборной»

— Вы представляете себя конфликтующим с болельщиками?
– Нет. Я за то, чтобы все было справедливо. Если критикуют – без проблем, всегда выслушаю, только на оскорбления скатываться не нужно. Но в жизни все бывает, разные люди попадаются, нужно просто быть умнее тех, кто тебе неприятен.

— Как на жизнь команды влияет Ринат Ахметов?
– Он умеет мотивировать, всегда находит нужные слова, психологически очень хорошо чувствует игроков. У нас в прошлом сезоне был сложный период – тяжело игра шла, в Лиге чемпионов неудачно выступали, «Металлисту» дома проиграли. Он никогда не заходил в раздевалку после поражений, а тут зашел, сказал несколько слов, поддержал тренера, футболистов – и так это вовремя оказалось. Дальше дела лучше пошли.

— Когда последний раз он объявлял команде двойные премиальные?
– Да у нас такого не бывает, про премиальные всегда говорит тренер от лица президента. Ахметову это делать и незачем, все и так знают, что он добрый и справедливый.

— В чем главная проблема украинского футбола?
– А в России какие проблемы?

— Лимит на легионеров, плохие поля, договорные матчи, много чего еще.
– Ну, лимит на легионеров каждый видит по-своему – есть и плюсы, и минусы, поэтому тут нельзя четко говорить, проблема это, или нет. С полями – да, у нас тоже есть сложности. Мы осенью играли в Ужгороде – там поле было мягким, тяжелым. А самое ужасное, что я видел, – матч «Заря» – «Волынь», воды было по колено, но все равно играли.

— Договорные матчи?
– Я играю честно. Да, разговоры иногда возникают, но я же могу говорить только за себя.

— Как вы относитесь к идее объединенного чемпионата?
– Не знаю, мне все равно.

— Как все равно?
– Ну, а как здесь рассуждать, если ничего непонятно? Вот, говорят, что сильным украинским клубам будет интереснее играть с сильными российскими. Хорошо, а что будет со слабыми? Да и потом тот же «Спартак» каждый год рассчитывает на Лигу чемпионов – думаете, им будет интересно, когда их место будет занимать украинский клуб? Или киевскому «Динамо» будет интересно занимать седьмое место? Если уж у меня столько вопросов, то у руководителей клубов их точно еще больше, а ответы им пока никто не дает.

 

sports.ru

Погода